Депрессивные и дисморфные нарушения у детей: взгляд через призму психиатрии развития

27.03.2015

И.А. Марценковский Расстройства с психическими, прежде всего депрессивными, и соматическими проявлениями относятся к числу наиболее распространенных нарушений как у населения в целом, так и среди пациентов общей медицинской практики.
Частота состояний, которые разные специалисты называют «психосоматическими», «соматоформными», «соматопсихическими» или «лаврированными» (маскированными) депрессиями, колеблется в популяции взрослого населения от 15 до 50% [1, 10]. Среди пациентов амбулаторной практики такие нарушения обнаруживают у 30-57% [12], терапевтических стационаров – 65% больных [2].
В популяции детей и подростков распространенность заболеваний со сложными взаимосвязанными психическими и соматическими проявлениями также значительна и имеет устойчивую тенденцию к росту. До 40% детей, наблюдаемых педиатрами, не имеют диагностически верифицированных заболеваний, хотя и предъявляют множество соматических жалоб. Удельный вес таких детей в разных популяциях имеет значительные вариации в зависимости от этнокультурных особенностей, социального окружения, семейной инфраструктуры, воспитания [5].
Необходимо различать психосоматические (функциональные стадии соматических страданий, обусловленные психосоциальным стрессом), соматоформные (соматические маски психических заболеваний, например депрессий, при которых жалобы больного на телесные сенсации не находят подтверждения в виде патологии со стороны соответствующих систем внутренних органов) и соматопсихические (заболевания внутренних органов, осложненные психическими расстройствами и повышенной фиксацией на неприятных телесных ощущениях) заболевания. Наряду с этим к психосоматическим расстройствам принято относить психические нарушения, осложняющиеся соматической патологией (нервная анорексия, булимия, алкоголизм); осложняющие некоторые методы лечения (депрессии и мнестические расстройства, возникающие после операций на сердце; аффективные, тревожные и астенические состояния при лечении гемодиализом); возникающие в связи с генеративным циклом девочек (синдром «предменструального напряжения») [9]. К соматопсихическим расстройствам также относят симптоматические психозы – делирий, аменцию, галлюциноз, которые соответствуют представлениям о реакциях экзогенного типа по К. Bonhoeffer [5].
В детско-подростковом возрасте выделяют четыре основных типа состояний, отражающих различную структуру психосоматических и соматопсихических соотношений:
• соматизированные психические реакции (соматоформные реакции), формирующиеся без участия соматической патологии в рамках образований невротического или конституционального регистра (неврозы, невропатии);
• психогенные реакции (нозогении), возникающие в связи с соматическим заболеванием, которое выступает в качестве психотравмирующего события, и относящиеся к группе реактивных состояний;
• реакции по типу симптоматической лабильности – психогенно провоцированные, связанные с констелляцией социальных и ситуационных факторов манифестации либо экзацербации проявлений соматического заболевания (психосоматические заболевания в традиционном понимании);
• реакции экзогенного типа (соматогении), манифестирующие вследствие воздействия соматической вредности и относящиеся к категории симптоматических психозов.
Далеко не все врачи общей медицинской практики, в т. ч. педиатры, хорошо знакомы с клиническими особенностями психосоматических, соматопсихических и соматоформных расстройств, а также ролью психосоциальных факторов в их развитии, в связи с чем тратят на диагностику и терапию телесных сенсаций четверть своего рабочего времени.
На амбулаторном педиатрическом приеме врачи диагностируют психосоматические расстройства у 9,3-40,0% обратившихся за помощью детей [2, 14]. В последнее время частота психосоматической патологии в структуре общей заболеваемости настолько увеличилась, что некоторые исследователи стали называть современное общество «психосоматически ориентированным» [10]. Трудно назвать соматическое заболевание, при котором на том или ином его этапе не возникали бы психосоматические реакции или расстройства, утяжеляющие течение и способствующие хронизации основного заболевания.
К сожалению, до настоящего времени существует постоянный «крен» при изучении психосоматических взаимоотношений в сторону соматической составляющей расстройства, что сопровождается недоценкой роли психического компонента целостной патологии в генезе этих расстройств. В детско-подростковом возрасте как интернистами, так и психиатрами обычно не учитывается динамический фактор в формировании соматопсихических взаимоотношений. В данном случае речь идет о том, что любые психические нарушения в детском возрасте можно рассматривать как отклонения от нормального развития, а психосоматические – как результат деформации процесса формирования зрелых соматопсихических взаимоотношений. Методологический аппарат теорий развития [8, 11] позволяет проанализировать связь между конституционно-генетическими особенностями ребенка, психосоциальными факторами и клинической типологией депрессивных и дисморфных нарушений.
Проведенное сектором медико-социальной реабилитации детей и подростков с психическими и поведенческими расстройствами Украинского НИИ социальной и судебной психиатрии и наркологии и представленное в виде схемы (рис.) сопоставление кросс-секционной и лонгитудинальной психодинамичных концепций Э. Эриксона [13] и А. Фройда [8] с данными о возрастных уровнях нервно-психического реагирования по В.В. Ковалеву [3, 4] позволяет объяснить механизмы перехода социально-психологического в психопатологическое (биологическое) начало при формировании депрессивных и дисморфных расстройств у детей различного возраста.

Стадии развития психики ребенка
Объектные отношения оказывают определяющее влияние на психическое развитие ребенка с первых дней его жизни. Идентификация внутреннего «Я» у ребенка видоизменяется на протяжении всего периода формирования его как личности. При переходе к каждой последующей фазе развития могут наблюдаться (в большей или меньшей степени) нарушения идентификации – кризис идентификации развития, следствием и клиническими проявлениями которого являются различные невротические, адаптационные и поведенческие расстройства.

Орально-сенсорная (сенсо-моторная) стадия
Первой стадией развития психики ребенка согласно Эриксону является орально-сенсорная (возраст до 18 мес) [8, 13], по Пиаже – сенсомоторная [6, 7]. Основной проблемой идентификации ребенка на этом этапе развития является конфликт между формирующимися «базисным доверием» и «недоверием». Первое проявление малышом социального доверия обнаруживается в легкости его кормления, глубине сна и ненапряженности работы внутренних органов.
В возрасте до 4-5 нед достаточно выраженное «базисное доверие» проявляется аутистическими фазными состояниями полусна-полубодрствования, которые сменяются поведенческим феноменом симбиотической привязанности к матери. При прохождении орально-сенсорной фазы развития ребенок усваивает модели поведения, позволяющие ему уменьшать напряжение, связанное с потребностью реализации инстинктов и достижением гомеостатического равновесия с окружающей средой. Неудовлетворительная адаптация на данном этапе развития сопровождается соматовегетативной дисфункцией – наиболее недифференцированной психической реакцией, которую ребенок усваивает как поведенческую модель в ситуации фрустрации.
В младенческом возрасте фрустрирующими являются ситуации, связанные с длительным отсутствием матери ребенка, удовлетворяющей витальные потребности и обеспечивающей внутреннюю уверенность и внешнюю предсказуемость всего происходящего. В более позднем возрасте у такого ребенка может возникать чувство тревоги, связанное с длительным присутствием рядом незнакомых людей или пребыванием в незнакомой обстановке, которое включает, с одной стороны, любопытство, являющееся мотивирующим фактором для дальнейшего развития ребенка, с другой – страх, препятствующий формированию адекватного восприятия жизненных ситуаций и событий.
В случаях неадекватного прохождения первой фазы развития формируется основополагающая характеристика психики – недоверие. В детском и подростковом возрасте это проявляется самоизоляцией, недоверчивым отношением к окружающим людям и событиям, формированием аконтактности и парааутических реакций на фрустрирующие ситуации.
Таким образом, неадекватное прохождение орально-сенсорной фазы (с фиксацией свойственных ей проблем) ведет к формированию у детей дисгармоничных объектных отношений, которые мы назвали «фрустрирующими отношениями использования» (ФОис), связанными с умением самостоятельно удовлетворять витальные и морально-этические потребности. Клинические проявления кризиса идентификации «отношений использования» как в детском, так и подростковом возрасте выражаются формированием таких невротических и соматоформных расстройств, как нарушения сна, различного рода пищеварительные расстройства, энурез, энкопрез, синдром аутизма, другие психовегетативные нарушения.

Мышечно-анальная (символическая) стадия
Вторая стадия развития психики ребенка по Эриксону – мышечно-анальная (возраст от 1,5 до 3 лет) [8, 13], по Пиаже – символическая [6, 7]. Основными проявлениями психической деятельности в этот период являются усвоение навыков ходьбы, приема пищи, а также начало активного речевого общения. Основной проблемой идентификации ребенка на этом этапе развития является приобретение автономии, навыков преодоления стыда и сомнения. Стыд возникает, когда ребенок остро ощущает негативную оценку своих поступков со стороны окружающих его людей. Если родители слишком часто наказывают малыша, у него возникают неуверенность в себе и убеждение в неизбежности наказания. Образ матери занимает главенствующее место в мироощущении ребенка. Характерным проявлением кризиса развития в этот период является «кризис сближения» – желание получить утешение от матери. Возникновение тревоги в этом возрасте, как правило, связано со страхом разлуки с матерью. Преодоление «кризиса сближения» происходит по мере совершенствования навыков самообслуживания, способности получать удовольствие от самостоятельной деятельности. Ребенок, успешно преодолевший мышечно-анальную фазу развития, легче переносит разлуку с матерью и не ищет ей замены, так как уверен, что она вернется.
При неадекватном прохождении второй фазы развития дети отличаются чувством неуверенности в себе, обнаруживают боязнь получения негативной оценки своих поступков со стороны окружающих, демонстрируют неумение быть автономными по отношению к родителям и сверстникам. Они не способны получать удовольствие от самостоятельной деятельности без одобрения или позитивной оценки окружающих.
Неадекватное прохождение второй фазы развития с фиксацией ее проблем ведет к формированию у детей дисгармоничных межличностных отношений, названных нами «фрустрирующими отношениями соответствия» (ФОст), связанными с необходимостью подчиняться принятым в референтной группе и обществе нормам поведения, принимать предлагаемые другими морально-этические ценности. Клиническим выражением неадекватного прохождения данной фазы развития является формирование таких невротических и соматоформных расстройств, как гиперкинетический синдром, тики, заикание, различные стереотипные двигательные расстройства (патологические привычные действия), диссоциативные расстройства, в том числе и соматическая конверсия.

Локомоторно-генитальная стадия
Третьим этапом развития психики ребенка по Эриксону является локомоторно-генитальная фаза (возраст от 3 до 6 лет) [8, 13]. Основной проблемой идентификации личности ребенка на этом этапе является конфликт между стремлением проявить инициативу и возникновением чувства вины. Разрешение кризиса происходит через идентификацию себя с социальной ролью родителя того же пола. Мотивацией социальной активности является хорошая успеваемость в школе, лидерство в играх. Этот период развития характеризуется возникновением соперничества между сиблингами.
Для детей при адекватном прохождении этой фазы развития характерны хорошая успеваемость в школе, независимое функционирование и социализация, дружеские отношения со сверстниками. Все это происходит в результате ослабления зависимости от родителей и уменьшения озабоченности, связанной с внутрисемейной конкуренцией, основанной на психосексуальных проблемах.
В случае неадекватного прохождения этой фазы развития центральным конфликтом личности становится невозможность социально приемлемого проявления собственной инициативы. Этот конфликт чаще проявляется в одной из двух возможных социально-дезадаптивных моделей поведения, зависящих от преобладания либо чувства вины, либо чувства агрессии. В первом случае ребенок при выполнении определенных социальных ролей скован, неуверен в себе, заторможен, во втором случае ведет себя конфликтно, подчеркнуто независимо, в его поведении доминируют формы протеста и агрессии.
Таким образом, неадекватное прохождение третьей фазы с фиксацией ее центральных конфликтов ведет к формированию дисгармоничных межличностных отношений, названных нами «фрустрирующими отношениями независимости» (ФОнз), основанными на способности добиваться баланса между желанием удовлетворять свои потребности и необходимостью соответствовать ожиданим референтной группы, предполагающих право на собственные мысли, чувства, поведение при высоком уровне конформности. Для этой фазы характерны аффективные (дистимические) и психосексуальные расстройства.

Операционная стадия (латентности)
Четвертой стадией развития психики ребенка по Эриксону является фаза латентности (возраст от 7 до 11 лет) [8, 13], по Пиаже – операционная фаза (возраст от 7 до 11 лет) [6, 7]. Основной проблемой идентификации ребенка на этой фазе развития является конфликт между формирующейся деятельной активностью и мастерством, с одной стороны, и чувством собственной неполноценности и унижения – с другой. На этом этапе развития происходит формирование «супер-эго», которое отвечает за моральное и этическое развитие ребенка. Ребенок занят совершенствованием навыков в различных видах деятельности, обучается основным манипулятивным технологиям, учится принимать социальные решения. Если ребенок разочаровывается в своих возможностях, не получает позитивной оценки в среде сверстников, у него возникает чувство собственной неполноценности и унижения. Центральный конфликт в этой фазе развития сосредоточивается на выборе между активным отношением к работе, учебе, социальными контактами и подавлением активности, пассивностью, связанной с чувством собственной неполноценности и, как следствие, формированием тревожно-фобических реакций и поведения избегания.
При неадекватном прохождении этой фазы развития для ребенка характерны социальная пассивность (из-за чувства собственной неполноценности) либо активная социальная деятельность с гиперкомпенсаторно-формальным и поверхностным отношением к выполнению многочисленных социальных ролей.
Таким образом, неадекватное прохождение четвертой стадии развития психики ведет к формированию дисгармоничных межличностных отношений, названных нами «фрустрирующими отношениями причастности» (ФОпр), связанными с неумением брать на себя ответственность за себя и других. Клиническими проявлениями четвертого кризиса идентификации и развития являются различные тревожнофобические расстройства, поведение избегания, метафизическая интоксикация, сверхценные интересы и увлечения, дисморфо-фобические, обсессивно-компульсивные и ипохондрические расстройства.
Подводя итоги, можно сделать вывод, что при адекватном прохождении всех этапов развития психики ребенка и благоприятном разрешении центральных конфликтов формируются следующие характеристики личности: доверие, самостоятельность и автономия, инициативность, социальная активность, деятельность и мастерство, ведущие к социально-адаптивным формам поведения.
В случае неблагоприятного прохождения одного из этапов развития психики ребенка и заострения одного из центральных конфликтов формируются невротические личностные характеристики: недоверие, стыдливость и неуверенность в собственных силах, чувство агрессии, вины и собственной неполноценности, ведущие к нарушению межличностного взаимодействия, социально-дезадаптивным формам поведения, а в некоторых случаях и к психопатологическим расстройствам.
Таким образом, неблагоприятные психосоциальные факторы предопределяют формирование фрустрирующих типов объектных отношений и деформируют личностное развитие ребенка.
При проведении корреляционного анализа ряда клинических и поведенческих признаков, особенностей проблемно-решающего поведения подростков с депрессивными и дисморфными нарушениями в фрустрирующих ситуациях были выделены четыре клинически значимых моноквалитативных признака:
• ФОис – дезадаптивное поведение, связанное с неумением самостоятельно удовлетворять витальные и морально-этические потребности;
• ФОст – дезадаптивное поведение, связанное с неумением подчиняться принятым в референтной группе и обществе нормам поведения, принимать предложенные другими морально-этические ценности;
• ФОнз – дезадаптивное поведение, базирующееся на неспособности достигать баланса между желанием удовлетворять свои потребности и необходимостью соответствовать ожиданиям референтной группы и иметь право на собственные мысли, чувства, поступки при высоком уровне социальной комформности;
• ФОпр – дезадаптивное поведение, связанное с неумением брать на себя ответственность за свои и чужие поступки.

Корреляция типа объектных отношений с особенностями клинической типологии
Исследование, проведенное в секторе медико-социальной реабилитации детей и подростков с психическими и поведенческими расстройствами Украинского НИИ социальной и судебной психиатрии и наркологии, продемонстрировало, что проблемный тип объектных отношений коррелирует с особенностями клинической типологии депрессивных и дисморфных нарушений (табл.).
Следует отметить ведущую роль психовегетативной симптоматики у 48 обследованных нами детей с дисморфными нарушениями (40,0% от общего количества пациентов). Дети с доминированием психовегетативной симптоматики в зависимости от типа фрустрирующих объектных отношений разделились следующим образом: с ФОис – 16 детей (61,6%); с ФОст – 20 (58,9%); с ФОнз – 5 (17,8%); с ФОпр – 7 (21,9%).
Обращает на себя внимание существенное преобладание психовегетативных расстройств у детей с ФОис и ФОст, деформация которых происходит в возрасте, для которого характерны соматовегетативный и психомоторный уровни нервно-психического реагирования.
Преобладание психовегетативной симптоматики у детей с ФОст, для которых характерен психомоторный уровень нервно-психического реагирования, можно объяснить тем фактом, что в данную выборку вошли подростки с соматической конверсией.
В МКБ-10, в отличие от DSM-IV, соматическая конверсия не выделена в отдельную рубрику и рассматривается в рамках дефиниции соматоформной вегетативной дисфункции – F 45.3.
Преобладание аффективной симптоматики наблюдалось у 31 подростка с дисморфными нарушениями (25,8% от общего количества больных). Распределение испытуемых в данной группе по форме фрустрирующих объектных отношений было следующим: с ФОнз – 14 детей (50,0%); с ФОпр – 8 (25,0%); с ФОст – 6 (17,6%); с ФОис – 3 (11,5%).
Обращает на себя внимание существенное преобладание аффективных нарушений у детей с ФОнз, деформация которых наблюдается в возрасте, для которого характерен аффективный уровень нервно-психического реагирования.
Определенное значение при формировании у детей аффективных расстройств имеют конституционально-генетический и микросоциальные факторы: наличие тревожно-фобических расстройств у матери; чрезмерная и ранняя социализация ребенка, которую также следует рассматривать как фактор предиспозиции при формировании соматизированных аффективных расстройств (соматизированного расстройства – F 45.0 по МКБ-10).
Доминирование тревожно-фобической и ипохондрической симптоматики наблюдалось у 41 ребенка с дисморфными нарушениями (34,2% от общего количества больных). Распределение испытуемых в данной группе по типу фрустрирующих объектных отношений было следующим: с ФОпр – 17 детей (53,1%); с ФОнз – 9 (32,2%); с ФОис – 7 (26,9%); с ФОст – 8 (23,5%).
Обращает на себя внимание существенное преобладание тревожно-фобической и ипохондрической симптоматики у детей с ФОпр, формирующимися в возрасте, для которого характерен идеаторный уровень нервно-психического реагирования. Распределение детей с преобладающей тревожно-фобической и ипохондрической симптоматикой по типу фрустрирующих объектных отношений, в отличие от других исследованных групп, было достаточно равномерным. Возможно, это объясняется тем, что тревожно-ипохондрическая симптоматика является клиническим проявлением качественно наиболее высокого уровня нервно-психического реагирования – идеаторного, который может подчинять и преобразовывать более низкие уровни реагирования и, соответственно, иметь разную клинико-психопатологическую структуру. При ФОис чаще встречался сенесто-ипохондрический синдром, при ФОст – истеро-ипохондрический, при ФОнз – депрессивно-ипохондрический, при ФОпр – идео-ипохондрический.
Согласно результатам корреляционного анализа факторы фрустрирующих объектных отношений коррелируют с особенностями клинической типологии аффективных и дисморфных нарушений: ФОис и ФОст – с наличием у детей соматоформной вегетативной дисфункции; ФОнз – соматизированных аффективных расстройств; ФОпр – тревожно-фобической и ипохондрической симптоматики.
При диагностике аффективных и дисморфных нарушений в соответствии с диагностическими критериями МКБ-10 у детей целесообразно следовать таким правилам:
• определять возможный уровень нервно-психического реагирования (соматовегетативный, психомоторный, аффективный, идеаторный) в соответствии с возрастом ребенка;
• при диагностике отдавать предпочтение рубрикам с меньшим порядковым номером, последовательно исключая наличие расстройств F 00-F 09, F 30-F 39, F 40-F 48, F 90-F 98,3;
• при дифференциальной диагностике расстройств, соответствующих рубрикам F 45.0-F 45.9, в первую очередь следует квалифицировать имеющиеся вегетативные нарушения.
Несмотря на многообразие клинических проявлений, различные теоретические и научно-практические подходы к классификации психосоматических расстройств, они обнаруживают общие признаки: перекрывание, взаимодополнение и взаимодействие расстройств психической и соматической сфер. Их существование обеспечивает поддержание так называемого психосоматического круга, когда личностно-эмоциональные нарушения через дисфункцию гуморальной и вегетативной регуляции внутренних органов приводят к развитию соматических заболеваний, в свою очередь, вызывающих реакцию личности на болезнь. Объединяет контингент лиц с психосоматическими расстройствами и модель медицинского обслуживания, в которой они нуждаются.
Независимо от особенностей психических проявлений лечебная помощь детям с психосоматической патологией предполагает тесное взаимодействие психиатров и интернистов в медицинских учреждениях общего типа или специализированных по возрасту психосоматических клиниках, а также психотерапевтическую помощь семье ребенка. Без устранения причин, которые привели к деформации проблемных отношений, эффективная терапия психосоматических расстройств не возможна.
В большинстве развитых стран мира детская психосоматическая медицина давно уже стала самостоятельной медицинской дисциплиной, интегрированной с социальной педиатрией и педагогикой. Создана сеть специализированных психосоматических клиник и отделений, дневных стационаров, система амбулаторного приема, программы терапевтической и реабилитационной помощи, психосоциопревенции. Аналогичные задачи стоят и перед Украиной.

Литература
1. Виш И.М., Романюк В.Я. Генез и систематика психогенных расстройств при соматических заболеваниях // Актуальные проблемы соматопсихиатрии и психосоматики. – М., 1990. – С. 51-52.
2. Исаев Д.Н. Психосоматическая медицина детского возраста. – СПб., 1996. – 454 с.
3. Ковалев В.В. Психиатрия детского возраста. – М.: Медицина, 1995. – 601 с.
4. Ковалев В.В. Семиотика и диагностика психических заболеваний у детей и подростков. – М.: Медицина, 1985. – 286 с.
5. Любан-Плоцца Б., Пельдінгер В., Крегер Ф., Ледерах-Гофман К. Психосоматичний хворий на прийомі у лікаря / Пер. з нім. – К.: АДЕФ-Україна, 1977. – С. 326.
6. Пиаже Ж. Генетические корни мышления и речи. – М.: Мысль, 1967. – 386 с.
7. Пиаже Ж., Инхельдер Б. Психология ребенка. – СПб.: Питер, 2003. – 159 с.
8. Руководство по клинической детской и подростковой психиатрии / Под ред. К.С. Робсона. – М.: Медицина, 1999. – 488 с.
9. Смулевич А.Б., Дубницкая Э.Б., Фильц А.О. и др. Ипохондрические и соматоформные расстройства. – М.: Медицина, 1992. – С. 55-123.
10. Смулевич А.Б., Сыркин А.Л., Козырев В.Н. и др. Психосоматические расстройства (клиника, эпидемиология, терапия, модели медицинской помощи) // Журн. невропат. и психиатр. им. С.С. Корсакова. – 1999. – № 4. – С. 4-16.
11. Тайсон Р., Тайсон Ф. Психоаналитические теории развития. – Екатеринбург: Деловая книга, 1998. – 528 с.
12. Чабан О.С., Загорский М.С., Дегтяр В.В. и др. Клинико-диагностические критерии и особенности лечения психосоматических заболеваний // Актуальные проблемы соматопсихиатрии и психосоматики. – М., 1990. – С. 281-283.
13. Эриксон Э.Г. Детство и общество: Изд. 2-е, перераб. и дополн. / Пер. с англ. – СПб.: ИТД «Летний сад», 2000. – 416 с.
14. Tammien T.M., Bredenberg P. Psychosomatic symptoms in preadolescent children // Psychother. Psychosom. – 1999. – № 1-2 (56). – P. 70-77.

СТАТТІ ЗА ТЕМОЮ

28.02.2024 Інфекційні захворювання Обґрунтування підходів до противірусної терапії респіраторних інфекцій на основі доказової медицини

На щастя, існує не так багато збудників інфекційних хвороб, які спричиняють епідемії або пандемії. Але кількість їхніх жертв серед людей може налічувати мільйони. Найнебезпечнішими, з огляду на швидкість поширення та кількість уражених осіб, є саме ті, що передаються через повітря. Це зумовлено найлегшим механізмом передачі патогенів, які спричиняють респіраторні захворювання. У довакцинальну еру натуральна віспа, дифтерія, кір та інші інфекційні хвороби були причиною вкрай високої смертності, особливо серед дитячого населення. Після створення та масового застосування вакцин проти цих небезпечних хвороб епідемії або припинилися, або набули мінімального масштабу, а натуральна віспа навіть була повністю ліквідована в світі. Останній її осередок у 70-х роках минулого століття – ​Індія....

28.02.2024 Кардіологія Оновлені підходи до лікування пацієнтів із гіпертензією

У листопаді відбулася науково-практична конференція «Артеріальна гіпертензія (АГ) у практиці сімейного лікаря», присвячена сучасним методам діагностики та лікування АГ, під час проведення якої було охоплено низку актуальних питань клінічної практики. Завідувачка відділу АГ і коморбідної патології ДУ «Національний науковий центр «Інститут кардіології, клінічної та регенеративної медицини ім. академіка М.Д. Стражеска НАМН України» (м. Київ), лікар-кардіолог, доктор медичних наук, професор Лариса Анатоліївна Міщенко представила доповідь «Оновлені підходи до лікування пацієнтів із гіпертензією (2023). У фокусі – ​АГ»....

28.02.2024 Неврологія Швидке полегшення, тривалий ефект: новий підхід до управління стресом

Стрес виникає тоді, коли вплив довкілля, фізичні та/або психологічні вимоги перевищують наявні ресурси для того, щоб відповісти на ситуацію, що виникла. Запропоновано застосовувати двокомпонентну модель стресу, яка включає реактивність – період максимальної потужності стресової реакції, що спостерігається одразу чи невдовзі після впливу основних стресорних чинників, а також відновлення – період повернення до початкового стану після завершення стресової реакції (Smyth J.M. et al., 2023). Стрес асоціюється із дисбалансом гормонів та низкою розладів (рис. 1)....

28.02.2024 Психіатрія Застосування арипіпразолу в лікуванні резистентної депресії

Депресія – це тяжка й поширена хвороба, яка уражає понад 300 млн осіб у всьому світі та вважається однією з найвагоміших проблем громадського здоров’я у ХХІ столітті (WHO, 2017). Інвалідизувальна природа депресії призводить до низки професійних, економічних, соціальних та особистих несприятливих наслідків (Thompson C., 2010). Протягом останніх років кількість випадків депресії значно зросла, перевантажуючи систему охорони здоров’я (Cipriani A. et al., 2018)....