Терапия кривых очков, или Протрите глаза, сапиенсы! Некоторые особенности национальной психотерапии

27.03.2015

Евгений Новомирович ВолковУ одного из самых философичных и остроумных писателей XX в. Станислава Ежи Леца есть две фразы: «Мудрости должно быть вдоволь, ведь ею мало кто пользуется» и «Все уже открыто, лишь залежи банальности еще не все освоены».
Обе они сразу же всплывают в моей памяти, как только я задумываюсь о странной судьбе рациональных когнитивно-поведенческих подходов в психологическом консультировании и психотерапии на просторах СНГ после падения «железного занавеса». Кстати, я не вижу разницы между процессами «психологического консультирования» и безмедикаментозной «психотерапией» и предпочитаю термин «консультирование», хотя для разнообразия буду употреблять понятие «терапия».
В социальной психологии есть концепция прямых и окольных путей социального воздействия. На мой взгляд, все методы консультирования (или психотерапии, раз это кому-то нравится) по жизненным проблемам точнее можно было бы разделить именно на прямые и окольные. По сути, и те, и другие – всего лишь формы обучения. Однако прямые рациональные методы скорее напоминают обучение навыкам грамотного письма или математических расчетов, тогда как окольные аффективные методы скорее похожи на обучение написанию стихов или романов, что вряд ли можно отнести к самым необходимым и полезным жизненным навыкам, а также эффективным методам решения индивидуальных и социальных проблем.
Говоря о рациональных когнитивно-поведенческих подходах в психологическом консультировании, я имею в виду такие формально известные у нас направления (однако практически не доступные для клиентов в силу отсутствия специалистов), как когнитивная терапия Аарона Бека, социально-когнитивный подход Альберта Бандуры, мультимодальное консультирование Арнольда Лазаруса, рационально-эмоционально-поведенческое консультирование Альберта Эллиса и консультирование по жизненным умениям Ричарда Нельсон-Джоунса. В ряде существенных моментов к ним близки подходы российских авторов: терапия поведением Михаила Покрасса и психолингвистический метод Геннадия Шичко.
Что объединяет перечисленные методы и одновременно выделяет их из моря других, гораздо более распространенных на территории бывшего СССР направлений? На мой взгляд, прежде всего подход к человеку как представителю вида Homo sapiens, т. е. как к «человеку разумному», поскольку они прямо обращаются к разуму и мышлению людей и рассматривают эмоционально-образные методы только как подсобные, а «бессознательно-подсознательным» явлениям дают вполне рациональные и в основном действительно научные объяснения.
По обоснованной рациональности, простоте, технологичности, эффективности и подлинной человечности («сапиентности») в один ряд с этими методами поставить нечего. Недаром около 80% профессиональных психологов-консультантов США давно используют в своей практике именно эти подходы. В России и Украине, напротив, можно найти специалистов почти по любой иррационально-аффективной технике (от психоанализа и гештальт-терапии до кататимно-имагинативного переживания образов и холотропного дыхания), а когнитивно-рациональных консультантов, как говорится, днем с огнем не сыщешь.
Что это: специфика «славянской души»? Что для англосакса здорово, для славянина – смерть?
У меня есть другая гипотеза. Почему-то в анализе экономики и производительности труда упор делается на техническое и научное отставание и на необученность и низкую квалификацию рабочей силы, а не на загадки той или иной «национальной души». В индустрии и потребительском сервисе все придерживаются более или менее рациональной логики, а в «душевном сервисе» многие (и не только славяне) впадают в эзотерику и шаманство.
Если бы «загадочная славянская душа» была бы действительно существенным фактором, то как российские или украинские студенты, инженеры, рабочие, ученые, предприниматели могли бы претендовать (и вполне успешно) на освоение и применение знаний и технологий, разработанных англичанами, американцами или немцами? Чем технологии «работы с душой» так уж принципиально отличаются от технологий автомобилестроения или гостиничного сервиса? Смею утверждать, что различий тут немного, и они не так глубоки, как кажется. И там, и там все самое главное заключается в самих людях и их умениях, а потом уже в технологиях и инструментах (в которых опять-таки воплощены знания и опыт людей, их создавших).
Мне неизвестны исследования, свидетельствующие о неприменимости рациональных методов в России или Украине или превосходстве иррационально-аффективных методов консультирования в соответствующей национально-культурной среде. Когда на семинарах и тренингах у меня спрашивают, насколько когнитивно-рациональные методы консультирования применимы на российской почве, мне в свою очередь тоже хочется задать вопрос: «А кто и как решал вопрос о применимости у нас психоанализа, гештальт-терапии, ребефинга и прочего шаманского арсенала, сплошь иноземного происхождения?». Получается, судя по распространенности, что американский иррационализм гештальтов Перлза или австрийский сексуальный мистицизм Фрейда для нас хорош, а вот американский рационализм А. Бека или А. Эллиса – плох? А если бы методы психологической помощи выбирались для заимствования и распространения так же, как технологии мобильной связи, компьютерной или атомной промышленности, то какие из них прошли бы такой отбор?
Таким образом, моя гипотеза состоит в следующем. Сложившаяся ситуация должна рассматриваться в терминах научно-технологического отставания в области практической психологии и психотерапии, а не в рамках предположений о «загадках души». Преобладание иррационально-аффективных и псевдорациональных (вроде нейролингвистического программирования) методов психотерапии – результат рыночно-маркетинговой (рекламно-промоутерской) агрессивности тех, кто их продвигал, а не научно обоснованного профессионального выбора.
История с указом Президента Б. Ельцина о «возрождении» психоанализа в России – одна из самых нелепых (представьте себе указ Президента по поводу какой-нибудь химической или биологической концепции) и одновременно одна из самых показательных в этом отношении. Вторая основная причина: неготовность только еще зарождавшегося 10-15 лет назад цеха практических психологов критически оценить и профессионально грамотно выбрать на мировом рынке действительно качественный товар и передовые научные технологии для импорта.
В 1990-х гг. я наблюдал некоторые случаи «трансплантации» заокеанских ненаучных и непрофессиональных продуктов практической психологии на российскую почву, работал в системе обучения и повышения квалификации практических психологов и одновременно пытался импортировать качественные образцы в виде переводов «Теории и практики консультирования» Р. Нельсона-Джоунса и «Психологии влияния» Р. Чалдини, проводя семинары от Петербурга до Томска, так что фактов для предыдущих выводов у меня более чем достаточно.
Сейчас, как мне кажется, созрела ситуация для качественного скачка среди профессионалов «душевной» помощи России и Украины. Они, как и их коллеги на Западе, уже «наелись» безрезультатностью и художественным выпусканием пара в свисток, практикуя экзистенциально-психодраматические танцы с «бессознательным». Мой опыт проведения тренингов и мастер-классов по рационально-когнитивным методам свидетельствует, что и русские, и украинцы прекрасно откликаются на эти методы, как только по-настоящему с ними сталкиваются. Что особенно замечательно, возникшее отставание в технологиях «душевного» здоровья можно ликвидировать существенно быстрее и дешевле, чем в любых «железных» отраслях.
Планируемая серия статей для «Медичної газети «Здоров’я України» призвана помочь консультантам, психотерапевтам, врачам и социальным работникам в начальном освоении лучших достижений человеческой мысли и критическом освобождении от неэффективных методов, не только не оздоровляющих, но и во многом дезориентирующих наших клиентов и нас самих.
Эта серия делится на две части: первая посвящена описанию основных принципов и методов когнитивно-рационального подхода в консультировании, а вторая – критическому анализу наиболее популярных ненаучных методов, «оккупировавших» сознание психологов и психотерапевтов, а заодно и рынок психологических услуг.

СТАТТІ ЗА ТЕМОЮ

20.02.2024 Алергія та імунологія Обґрунтування застосування фіксованої комбінації інтраназального кортикостероїда мометазону та антигістамінного засобу олапатадину в терапії у пацієнтів з алергічним ринітом різного ступеня тяжкості

Алергічний риніт (АР) є глобальною проблемою охорони здоров’я, на нього хворіє від 10 до 20% населення, а серед дітей – ​від 4,0 до 40%. Останніми роками спостерігається зростання частоти алергічних захворювань верхніх дихальних шляхів, що проявляється збільшенням як абсолютних (захворюваності та поширеності), так і відносних (частка в структурі алергологічної та отоларингологічної патології) показників. Згідно з результатами досліджень, проведених за програмою ISAAC у багатьох регіонах світу, перше місце за поширеністю алергічних симптомів посідає Україна, яка поділяє його з Великою Британією. ...

20.02.2024 Пульмонологія та оториноларингологія Ефективність рослинного лікарського засобу BNO 1016 у лікуванні гострого риносинуситу в контексті раціональної антибіотикотерапії

Гострий риносинусит (ГРС) являє собою інфекцію верхніх дихальних шляхів, поширеність якої протягом 1 року становить 6-15% [1]. Велика кількість звернень пацієнтів до лікарів первинної ланки створює значний економічний тягар для системи охорони здоров’я [2]. В Європі, наприклад, 1-2% звернень до лікарів зумовлено підозрою на ГРС [1]. У США на частку ГРС припадає 2-10% звернень до лікарів первинної медичної допомоги й отоларингологів [3]; прямі витрати, пов’язані з ГРС, у 2000 р. оцінювалися майже в 6 млрд доларів США [4]....

20.02.2024 Психіатрія Ефективність та безпека призначення прегабаліну за тривожних розладів

Тривожні розлади (ТР) – ​це біопсихосоціальні стани, пов’язані з узагальненими чи специфічними для ситуації відповідями на передбачувані загрози. Вони є одними з найпоширеніших психічних розладів (1,5-3,1%) (Kessler and Wang, 2008); зазвичай з’являються на ранньому етапі життя, характеризуються високим ступенем хронізації (середня тривалість складає >10 років) (Bruce et al., 2005) і підвищеним ризиком розвитку супутніх захворювань, як-от артеріальна гіпертензія, серцево‑судинні захворювання, деменція....

20.02.2024 Неврологія Розширення терапевтичних можливостей реабілітації пацієнтів із перенесеним ішемічним інсультом

Глобальний тягар інвалідності після інсульту зростає попри терапевтичні досягнення. Інсульт залишається другою провідною причиною інвалідності в усьому світі. Кожна четверта доросла людина має інсульт; ≈63% цих випадків трапляється до 70 років. 87% інвалідності, пов’язаної з інсультом, припадає на країни з низьким і середнім рівнем доходу, де доступ до втручань у разі гострого інсульту часто обмежений. Це робить ефективну реабілітацію потенційно найкращим доступним втручанням для сприяння відновленню після інсульту, а також є глобальним пріоритетом охорони здоров’я [1, 2]....