Психотерапия агрессивных состояний

10.04.2021

Наше понимание всегда несовершенно

Ральф де ла Роса

При поиске новой информации по психотерапии/психологии агрессии за последние 10 лет возникает удивление, как много в русскоязычном пространстве наукообразного информационного шума, неоправданных неологизмов, а порой – ​откровенных противоречий. Сам факт обилия авторских методик и программ по обузданию агрессии, претендующих на оригинальность, указывает на их неоднозначность по многим аспектам. Поэтому исследователю следует весьма критично относиться к информационному спаму, чтобы за пространными формулировками и авторскими трактовками разглядеть суть, и, отсеяв все лишнее, отыскать маленькое зерно полезной истины.

Характеристика агрессии и агрессивных состояний

Согласно стандартному/словарному определению, агрессия (с лат. aggression – ​нападение) – ​это любое поведение, содержащее угрозу или наносящее ущерб другим (Buss, 1961); поведение, направленное на нанесение любого (физического/психологического) вреда, вплоть до уничтожения объекта агрессии. Иными словами, агрессию следует рассматривать как действия в «одеяниях» разума и эмоций с подоплекой мотивов, установок и пр.

Явление агрессии в жизни встречается достаточно часто. У вполне здоровых лиц вспышки агрессии представляют собой реакцию защиты либо той или иной формы фрустрации. Присутствуют потеря самообладания и снижение самоконтроля. Психотерапевтическая помощь здесь нужна, скорее, в виде советов психолога. Однако агрессии, особенно повторяющиеся, могут сопутствовать определенным психическим нарушениям, находящимся в полосе пограничных состояний. 

В психологии введено понятие «агрессивность» (неологизм), иначе – ​враждебность или, точнее, агрессивное состояние (АС). Под ним подразумевают склонность/предрасположенность/стремление личности к осуществлению агрессии. Именно к такой категории лиц чаще всего применяется психотерапия.

Стоит понимать, что собственно агрессия, как действие, лечению не подлежит. Задача психотерапевта сугубо превентивная – ​снизить риск ее вспышек. В работе с агрессивной личностью специалист обычно не является объектом агрессии, хотя отдельные всплески негатива может на себе ощущать. Последнее циклически встречается в ходе лечения, и врачу следует умело «гасить» конфликт.

Феномен агрессии проще рассмотреть на примере маргинальных случаев – ​намеренных убийствах. Среднестатистическая личность убийц характеризуется низким интеллектуальным уровнем, сужением сознания, повышенной возбудимостью и проблемой самоконтроля, обеднением эмоциональной сферы, подозрительностью, злобностью, мстительностью, желанием «быть выше» жертвы. 

Эго насильников представляет довольно запутанный клубок противоречий, и акт убийства происходит, по большому счету, в двух случаях: либо как результат давления на Эго извне (компенсация/месть ущемленного Эго), либо как результат внутреннего его раздувания (самоутверждение в соответствии с собственной программой). Так, одни, понимая в глубине души, что ничего собой не представляют, пытаются убедить других, что они крутые и бесстрашные. Другие (садисты) получают удовольствие от нанесения вреда, выбирая в качестве жертвы более слабых лиц. Третьи несправедливо имеют доступ к власти или материальные блага. Четвертые наделены страхами, что станут жертвой. Пятые же уверены, что другие существуют только для их обслуживания и проявляют гнев, когда не выполняют их желания, отказываются подчиняться (Toch, 1969). И так далее…

Формирование АС начинается исподволь. Великая Истина психологии гласит: причину всех внешних нарушений/диссоциаций/проявлений следует искать по другую сторону – ​внутри индивида, в его Эго, причем со знаком минус. Иными словами, за внешней агрессией лежит внутренний страх, спрятанный очень глубоко. Начало АС следует искать в незапамятном детстве и юности – ​где-то там был негативный опыт, заставляющий субъекта враждебно всматриваться в «туман» современного окружающего мира и толкающий его на превентивную защиту. Это может быть интроекция чужого негативного опыта и/или искорежено усвоенный жизненный урок. Субъективное негативное/искаженное мировосприятие зацементировано в Эго в виде подсознательного присутствия в жизни врага.

Феномен интроекции при формировании АС доказан научно. Показано, что родители, которые в детстве подвергались суровым физическим наказаниям, были более склонны к физической жестокости против своих детей; в свою очередь дети, страдавшие от жестокости родителей, обнаруживали сравнительно больше агрессивных и антисоциальных характеристик. Все просто: в подсознании заложена мина вызова, на которую субъект выдает привычную реакцию защиты в виде нападения.

Агрессия обусловлена самой сущностью человеческой природы, генетически детерминированным принципом выживания в целом и в социуме в частности. Как уже указывалось, при АС подоплекой агрессии является ее априорное видение со стороны окружающей среды. По сути, АС представляет фон/площадку/основу, где на неблагодатной для жизни почве взрастает «колючий кактус» агрессии. Способствуют проявлениям, равно как и развитию АС два фактора: научение и внешние стимулы. Стопором же служит внешнее насильственное подавление – ​через доминирующий всепоглощающий страх (человек сдается, энергия борьбы снижается до нуля), понимание разрушительного последействия для самого себя или, что лучше всего, осознание социальной нравственно-этической недопустимости своих действий. Светлые перспективы психотерапевтической интервенции видятся именно в осознании личностью зла и его искоренении.

Для запуска агрессивного действия необходимы два элемента:

  • пусковая кнопка (триггер);
  • мотив (его обсуждение не входит в рамки статьи).

Оба элемента не всегда лежат на поверхности, обычно (если агрессивный акт – ​не убийство) их надо поискать. Психотерапевт выясняет у пациента все обстоятельства возникновения агрессии. Обычно триггер завуалирован и связан, как говорят, с роковым стечением обстоятельств. Однако взваливать все на обстоятельства и глупо, и в корне неправильно, поскольку в жизни ничего случайного не бывает; кажущаяся случайность – ​всего лишь непознанная/непроявленная закономерность, и данный тезис должен быть рассмотрен в рамках когнитивной психотерапии.

Одним из отягчающих объективных факторов агрессивного состояния являются внешние детерминанты/посторонние раздражители, те же подстрекатели. На все это следует всегда указывать пациенту, чтобы тому было легче проводить самооценку, самоконтроль и надлежащим образом снижать риски (например, попросить выключить музыку либо уменьшить громкость). В настоящее время (и в будущем особенно) важный элемент негативного влияния – ​средства масс-медиа; привычный просмотр телепередач, прогулки по соцсетям при проведении психотерапии следует либо исключить, либо заменить (по возможности) нужным контентом.

Каждая вспышка агрессии имеет свой облик. Перечень форм агрессии ограничивается лишь смысловым богатством языка и касается физической, материальной (экономической) и ментальной/психологической (в частности, морально-этической) сфер. В достаточно культурной среде непременно присутствует вербальное давление, которое оформлено в виде пугающих, оскорбляющих, подчиняющих, ранящих, устрашающих и прочих слов. Сюда же относят сарказм и даже молчание, если оно выливается в социальное игнорирование.

Практикующему психотерапевту вряд ли важны чисто теоретические аспекты, например, считать ли агрессию врожденным побуждением, задатком, активизируемой внешними стимулами потребностью, познавательным и эмоциональным процессом или актуальным социальным вызовом в сочетании с предшествующим научением – ​неважно… А вот формы проявления агрессии важны чрезвычайно, поскольку эффективность терапевтической тактики и выбор подходящих конкретному случаю психотерапевтических методик и приемов во многом определяются именно формами, о чем пойдет речь далее.

Чтобы лучше понять личность пациента и увидеть корень проблемы, психотерапевту волей-неволей приходится становиться никому не верящим на слово, критическим детективом и вчитываться в биографию своего подопечного. Там он наверняка найдет примеры интроективного подражания, болезненные случаи фрустрации, одностороннее понимание принципов социальной справедливости, ситуации вербального/физического нападения с подстрекательствами окружающих, актуальные взаимоотношения агрессора – ​жертвы, мотивы мщения и многое другое. Сам процесс воспоминаний с соответствующими попутными комментариями специалиста является актом разъяснительной/когнитивной психотерапии.

Практика психотерапии

Психотерапию агрессивных состояний предваряет встреча врача с пациентом, в ходе которой специалист в общих чертах выясняет сущность проблемы и особенности личности подопечного. Следует быстро определить степень агрессии субъекта, его интеллект, эмоциональную лабильность, степень упрямства/консерватизма, жизненные запросы и пр. Особый акцент – ​на коммуникативных навыках пациента и приоритетном/репрезентативном канале восприятия им информации (визуальном, аудиальном или телесном). Намечая план психотерапии, рекомендуется включить в него ограничения в бытовых и материальных излишествах, к которым привык субъект, они же и подпитывают АС, и оговорить с клиентом соблюдение полуаскетического режима.

Эффективная психотерапия агрессии (в ключе ее осознания) невозможна без учета состояния пациента в текущий момент, а значит, и временного фактора. Последний исключительно важен у женщин с проблемами биологического женского цикла.

Пример. Одна молодая особа приблизительно за пять дней до начала менструального цикла становилась не только агрессивной, но и алогичной. Возможности психотерапии кардинально сужались, превращаясь де-факто в мягкие успокоительные советы: «Сейчас надо хоть 15 минут отдохнуть в тишине и одиночестве, ты этого заслужила…».

В техническом плане психотерапия может быть групповой и индивидуальной, по обстоятельствам и выбору самого врача.

Групповую психотерапию используют чаще. У детей и подростков она может выглядеть как средство назидательного воспитания при погружении субъектов в неагрессивную среду. «Размер» социума может варьировать, буквально от 2‑3 лиц (семья) до небольшой группы 10‑15 человек, в которой агрессивные субъекты должны быть в явном меньшинстве. Отбирая группу, психотерапевт должен осознавать, что чем больше в ней личностей с высоким АС, тем менее прогнозируемым становится результат.

На примере методов ролевой терапии все происходит настолько творчески, что никто не рискнет спрогнозировать ни временные затраты, ни результат. Куда, образно выражаясь, выведет путь – ​на уровень высокого Возрождения, в сюрреализм Дали, в абстракцию или, хуже всего, закончится черным квадратом Малевича в форме спровоцированной групповой агрессии... Никто еще всерьез не оценил коэффициент полезного действия при таком подходе – ​полученных результатов / временных и экономических затрат, а он представляется достаточно сомнительным.

Программы психотерапии должны быть предельно гибкими, особенно при индивидуальной психотерапии; все будет зависеть от результатов каждого сеанса. При АС обычно задействуют последовательно несколько методов: от психологических сеансов в стиле ролевых методов (психодрама Морено, гештальт-терапия), тренингов бихевиоризма, мягких суггестивных практик до когнитивных методов. Психоанализ при АС в реалиях нашей страны неактуален.

На начальных сеансах лучше совмещать 2‑3 метода, например, 10 мин – ​тренинг «воспитания хороших манер» путем простого повторения правильной модели поведения в некой штатной ситуации либо мягкая релаксация по Лейнеру, 20 мин – ​ролевые методики (техники гештальт-терапии, семейные расстановки по Хеллингеру и пр.); 15 мин – ​разбор полученного опыта (когнитивный метод); итого – ​45 мин.

Все используемые при АС методики достаточно стандартные, и литературы по ним немало. Тем не менее, отдельные моменты заслуживают особого внимания.

Так, при групповой терапии детей и подростков уместны бихевиористские приемы с упором на поощрение; если осуждение – ​то достаточно мягкое в виде социальной изоляции. В ролевых методиках по типу психодрамы Морено и гештальт-терапии Перлза первые ситуативные задачи должны быть далеки от зоны агрессии индивида. Девиз психотерапевта: осторожно, шаг за шагом, приближаться к эпицентру проблемы. Пациент должен накопить новый опыт, а это нелегко.

Как в групповой, так и, особенно, в индивидуальной психотерапии активно обсуждают жизненный путь и перипетии индивида под углом философии агрессии (когнитивный метод). При этом, естественно, предполагается осознанное желание субъекта совладать со своей агрессией. Также работают над социализацией субъекта, обучая его на тренингах правильному поведению в штатных ситуациях, популярно говоря – ​хорошим манерам общения; для этих целей полезно использовать ролевые игры.

При любой (групповой/индивидуальной) психотерапии абсолютно необходимо практиковать тренинг навыков ассертивности, выражения гнева или близости в коммуникации. При этом следует быть готовыми к нередким случаям активации дисфункциональных режимов. Такие эпизоды важно обсуждать в аспекте возможности обучения, а не как отход от завоеванных позиций (рецидив). Психотерапевтический процесс зачастую носит не линейный, а скорее, циклический характер, однако общий вектор состоит в постепенной мобилизации «здорового взрослого» и наделении его ответственностью.

В практике психотерапии уместно выделить (условно) внешнюю форму – ​методики, а также суть – ​нацеленность психокоррекции на позитивное мировосприятие и адекватную социальную адаптацию. Понятно, что все неотъемлемо взаимосвязано, однако методики больше относятся к техническим приемам, а мировосприятие и социальная адаптация – ​к философскому осмыслению жизненного видения и позиции.

Выбор оптимальных методик во многом определяется формой проявления агрессии. При склонности к физической форме (рукоприкладству) одной из полезных стратегий будет сублимация негативной энергии, направление ее по мирному руслу. Психотерапевтический рецепт прост: активно заняться любым бесконтактным видом спорта (стрельба из лука, виндсерфинг, велоспорт и пр.). Если после интенсивной тренировки мышцы ноют от усталости, значит индивид уже получил нужную дозу эндорфинов, он рад и счастлив, и враждебное восприятие мира в тот момент у него отсутствует. Победа в бесконтактных видах достигается не путем принуждения физической силой, а лишь техническим мастерством, сноровкой и, что важно, умением владеть собой, силой воли, направленной на себя. Что касается контактных видов, можно рекомендовать лишь восточные, прежде всего, айкидо и с неагрессивным тренером. Бокс и единоборства, связанные с травмой головы, обычно лишь глубже закрепляют агрессию, которая рано или поздно выльется в банальную драку.

Для лиц с высоким агрессивным потенциалом, вплоть до состояния аффекта, оптимально подходит (и практически всегда нравится) методика Лейнера – мягкого суггестивного транса. Ее можно рекомендовать в классическом виде, а также творчески индивидуализировать под конкретного пациента, заимствовав идеи бихевиоризма, психодрамы Морено, гештальт-терапии и других школ. Рассмотрим подробней.

Психотерапевт погружает пациента в легкий транс и дает указания по виртуальному путешествию. Отклоняясь от классики, можно предложить последовательные визуализации той или иной модели поведения в конфликтной ситуации. Смысл: клиент должен примерить на себя каждую из предлагаемых моделей, вжиться в роль нового образа, по-иному представить реакцию окружения и принять для себя, по меньшей мере, один миролюбивый путь. Здесь можно подсказать воспроизвести поведение знакомого героя фильма, дать задачу самопознания с известным приемом двух стульев из гештальт-терапии, попросить представить варианты развития какого-то стороннего конфликта и т.п.

Важнейшим направлением любой выбранной психотерапевтической методики должен стать путь самоконтроля. Полезно, опять-таки, в сеансах по Лейнеру вжиться в образ безэмоционального истукана. Доходчивый аргумент для пациента: «На вашем пути есть стол, и его угол всегда мешает вам пройти; но вы же не сердитесь на стол, не таите обиду, не мстите и не рубите топором; вы свыклись». Важно донести мысль, что безэмоциональность – ​порой лучшая защита, надежнейший щит от агрессии окружающего мира. 

Другая важная подсказка относится к когнитивной терапии, но, благодаря медитации, облачена в легкую для интроекции форму: мысль творит завтрашнюю реальность. Например, психотерапевт может сказать клиенту: «Попробуйте вообразить невероятное – ​неагрессивное отношение потенциального врага, и тогда, логичным образом, изменится и ваше к нему отношение; попробуйте сделать это виртуально, в конце концов, это нетрудно и ни к чему вас не обязывает; просто попробуйте».

Плюсы описанного подхода – ​в раскрытии творческого потенциала пациента и нахождении им самим нового взгляда и оптимального реагирования на конфликт. Психотерапевт никоим образом не довлеет, он лишь дает мягкие подсказки. По окончании сеанса следует «разбор полета», и на фоне нового опыта по-иному начинает восприниматься когнитивная психотерапия.

Тренинги поведения и коммуникации

Значение систематических тренингов для обуздания себя и недопущения агрессии трудно переоценить. О тренинге навыков ассертивности вскользь упоминалось выше. Здесь полезно освоить предельно простые механические способы самоконтроля:

  1. Направление внимания на движение точки в районе пупка или грудины при дыхании и/или сам процесс дыхания (вдох/пауза/выдох/пауза), смотря что легче дается субъекту.
  2. Переключение внимания на иную ситуацию и любое неагрессивное движение в зоне видимости (например, посторонний человек просто прошел мимо; как он одет, сколько ему лет, мужчина или женщина и т.п.).
  3. Слегка прикусить губу, а лучше – ​язык (менее заметно внимательному наблюдателю).

Также весьма эффективно показал себя авторский рецепт: в накаленной атмосфере предполагаемого взрыва эмоций представить, что вас тут нет... Знаете, срабатывает! Что касается известного приема считать в уме до 10 – ​он не всегда действенен и напоминает ситуацию «головы страуса в песок», поскольку нет акцента ни на внутренних ощущениях, ни на когнитивных способностях.

Эффективная программа тренингов должна включать:

  • визуализацию предлагаемой роли после просмотра поведения прототипа (героя фильма) либо погружение в роль в идеологии символдрамы по Лейнеру;
  • ролевую игру (психодрама Морено) с заранее заученными, необходимыми для обучения репликами с повторением одной и той же сцены до получения результата (полного освоения субъектом неагрессивной модели поведения);
  • краткое подведение итогов с поощрением прогресса и отсутствием упреков.

АС всегда находит свое отражение в особенностях коммуникации; иначе говоря, коммуникации у лиц с АС носят проблемный характер. Поэтому психотерапевту для повышения результативности терапии следует заняться и тем, что находится на стыке психотерапии, психологии и этики хороших манер. Благо, есть прекрасный пример из литературы: архиневозмутимый, дипломатичный, прозорливо мудрый, с тонким тактом и чувством юмора старый дворецкий Дживс из знаменитого цикла комических романов и рассказов П.Г. Вудхауза. Сдержанность манер Дживса не дается с молоком матери, она воспитывается годами благодаря развитию самоконтроля – ​это то, что так необходимо личностям с АС. 

Само по себе неагрессивное поведение и сдержанность порой так же заразительны, как смех. Пациентам с АС следует денно и нощно прививать умение слушать и поддерживать диалог, облекать самую неприятную для собеседника мысль в индифферентную форму и произносить ее благожелательным тоном. И поскольку все видимые элементы поведения взаимосвязаны, придется поработать над мимикой лица, жестами рук и позой тела.

Несколько простых рекомендаций. Несложный прием умелой психологической адаптации: извинения или оправдания с ссылкой на внешние обстоятельства, не подконтрольные извиняющемуся человеку (например, «на дороге образовалась пробка», «сломался каблук»), более эффективны для тушения гнева, чем ссылка на обстоятельства, которые человек в состоянии контролировать («я совершенно забыл об этом»). Следует всячески избегать высказываний, начинающихся на «ты/вы»; безопасней использовать «я»-высказывания – ​те, которые передают ваши чувства и переживания по поводу того, что вы считаете несправедливым. Предельная искренность извинений и объяснений также весьма полезна.

Рекомендуется выполнять обычные упражнения перед зеркалом и в группе:

  1. Любую фразу произносить с улыбкой, воспитывая в себе благожелательность к собеседнику.
  2. Начинать спор, соглашаясь с мнением оппонента: «Да, вы правы, в ваших словах я ощущаю справедливую истину, можно ли мне отметить некоторые детали?».
  3. Заканчивать спор выражением признательности: «спасибо» и легким поклоном.

Особенности когнитивной психотерапии

В чистом виде рациональная/разъяснительная/когнитивная психотерапия в ее изначально предложенном, классическом виде (А. Бэком, В. Франклом, К. Роджерсом) обычно не особо действенна. Однако в сочетании с иными методами – ​ролевыми и мягкой суггестией – ​эффективность становится на порядок выше.

Когнитивная психотерапия нацелена на философское и чисто житейское осмысление триады: искаженное восприятие окружающей среды в тональности врага – ​извращенное понимание справедливости – ​собственно агрессия как подсознательная превентивная защита. Для облегчения диалога врач – ​пациент рекомендуется применять прием «теоретической призмы». Под ним понимают набор идей, наблюдений и взглядов, которые можно подобрать, чтобы воспринимать мир с их помощью. 

Для достоверности субъекту полезно посмотреть сквозь настоящую призму; необходимо объяснить ему, что нужно воспринимать все в теории, через виртуальную призму как миф или детскую историю. Следует сразу нейтрализовать возможное сопротивление, объяснив, что в конечном итоге никакая призма не даст полного и окончательного представления о реальности. Призма – ​это то, что оформляет опыт, однако главное – ​сам опыт как таковой, начиная с гипотетически-визуального.

Предвзятая атрибуция враждебности означает приписывание дурных намерений другим. Для осознания полезно применить технику двух стульев (гештальт-терапия) и/или визуализацию двух экранов (NLP). Пациента предварительно инструктируют, чтобы тот вновь и вновь возвращался мыслями к известному Всемирному биллю о правах человека: «Вспоминайте о нем, когда предъявляете претензии к действиям оппонента; подумайте, кто дал вам право примерять на себя роль прокурора и судьи, или вы так сами решили? Разногласия часто не являются вопросом о том, кто прав, а кто виноват; оба человека могут быть правы, но просто иметь различные точки зрения. Будьте готовы иногда соглашаться с мнением другого человека». В беседах клиенту неоднократно внушают, что его негативные мысли всегда провоцируют развитие конфликта.

Постоянным приемом обуздания в себе враждебности является поиск ответа на вопрос: «Чему меня должна научить повторяющаяся враждебная ситуация/атмосфера/отношения?» И в этом поиске следует заранее занять позицию благодарности – ​только она приведет к новому пониманию Жизни. В этом смысле благодарность – ​и есть ключ, открывающий новые пути.

Тактика психотерапевта при агрессивных проявлениях в процессе терапии

На первом этапе психотерапии агрессии в любой ее форме следует обуздывать агрессивные действия и эмоции со стороны субъекта. Очевидно, психотерапевт априори должен быть нацелен на адекватные действия. Рассмотрим эту часть подробнее.

Субъекты с агрессией несут в себе зародыш внешнего конфликта, который может проявиться внезапно в любой форме и с любым вектором направленности. В соответствии с авторской четырехмерной моделью конфликтов, тактика идеального поведения полностью вписывается в философию восточного единоборства айкидо и предполагает незаметный перевод атаки противника против него самого.

На первичном этапе, назовем его «слияние», важно инициировать диалог с молчания, предоставляя выговориться сопернику, а затем начать поддакивать («да-да»). В какой-то момент уместно подхватить идеи оппонента и продолжить активно развивать, доведя незаметно для него до точки противоречия с реальностью. В конце концов, вы вынуждаете соперника к опровержению самого себя, пониманию того, что все его первоначальные амбиции на самом деле лишь усложняют его же проблемную ситуацию.

Пример. Ограниченный, сверхупрямый пациент с проблемной логикой, страдающий экземой, выполнял указания врача бездумно. Ему была назначена мазь со строгим предписанием: убедиться, что не будет индивидуальной непереносимости и только тогда продолжить лечение. Наблюдение через месяц – ​состояние без изменений, если не хуже. Слова больного: «После нанесения мази зуд и покраснение усиливались, но я считал, что так и должно быть». Попытки прояснить и объяснить ситуацию встречали агрессивное упрямство: «Что значит следить за своим самочувствием? Я не понимаю».

По совету психотерапевта врач изменил тактику. Далее следовал такой диалог:

Врач: Когда экзема обостряется, зуд становится сильнее?

Пациент: Да, временами он становится нестерпимым.

Врач: Краснота тоже ярче?

Пациент: Да!

Врач: Тогда объясните мне, пожалуйста: если у вас после нанесения мази усиливаются зуд и краснота, но вы считаете, что это лучше, тогда что, по вашему мнению, хуже?..

Итог. Пациент неожиданно для себя увидел со стороны яркую картинку своей алогичности и (вынужденно!) внутренне пересмотрел свое упрямство, а вместе с ней – ​пока еще незаметно для себя – ​и агрессию. Опуская подробности, врач из безликой фигуры обслуживающего (который должен!) стал авторитетной личностью, заслужившей уважение и благодарность.

***

Подводя итоги рассмотренной темы, хотелось бы упомянуть книгу «Агрессия» Р. Бэрона и Д. Ричардсона (2001), где в заключении приведена сомнительная позиция по проблеме управления человеческой агрессией: «неужели агрессия неизбежна?». И каждая фраза в тезисах одного из авторов являлась своеобразным призывом к оптимизму и подразумевала решительное «нет!».

Безусловно, любовь к миру следует всячески приветствовать. Вместе с тем, нельзя быть идеалистом, витающим в иллюзиях о ленинском мировом братстве (оказалось, сам основоположник твердо шагал по пути мегаагрессии). Возможно, кто-то с этим не согласится, но истина состоит в том, что человек на своем пути развития неизбежно вынужден познать агрессию в той или иной степени хотя бы для того, чтобы осознать рамки личной и чужой свободы. И начать уважать эти рамки. Научиться самоконтролю. Только так.

Тематичний номер «Неврологія, Психіатрія, Психотерапія» № 1 (56) 2021 р.

СТАТТІ ЗА ТЕМОЮ Неврологія

20.07.2021 Неврологія Оптимізація лікування неврологічних проявів у пацієнтів з COVID-19

Перші випадки гострої респіраторної хвороби, яку спричиняє коронавірус COVID‑19, були зафіксовані в середині грудня 2019 року в місті Ухань у центральному Китаї, де в місцевих мешканців зареєстровано спалах респіраторної інфекції, що була пов’язана з ринком тваринних і морепродуктів Уханю. В січні 2020 року китайські науковці виділили новий бетакоронавірус, який щонайменше на 70% схожий за генетичною послідовністю на вірус SARS-CoV. Влада Китаю оголосила надзвичайний стан....

19.07.2021 Неврологія Полінейропатії при ревматологічних захворюваннях: алгоритм діагностики

8-10 квітня відбулася V Науково-практична конференція з міжнародною участю «Advances in neurology – досягнення в неврології». Учасники заходу мали можливість ознайомитися з доповідями провідних фахівців, які стосувалися актуальних питань менеджменту пацієнтів із неврологічними захворюваннями. Завідувачка кафедри неврології № 2 Харківського національного медичного університету, доктор медичних наук, професор Олена Леонідівна Товажнянська представила доповідь на тему «Полінейропатії при ревматологічних захворюваннях. Алгоритм діагностики», в якій докладно розглянула особливості полінейропатій у пацієнтів із супутньою ревматологічною патологією та представила найновіші дані щодо особливостей ведення таких пацієнтів. Завідувачка кафедри неврології № 2 Харківського національного медичного університету, доктор медичних наук, професор Олена Леонідівна Товажнянська...

19.07.2021 Неврологія Виклик реальності: депресія при неврологічній патології

Післядипломна освіта лікарів триває навіть в умовах пандемії COVID‑19 – ​протягом весни відбулося декілька конгресів і симпозіумів терапевтичного профілю. Естафету подальшого професійного розвитку підхопили неврологи та психіатри: 25-26 березня на базі Тернопільського національного медичного університету ім. І. Я. Горбачевського відбулася всеукраїнська онлайн-конференція «Сучасні стратегії діагностики та лікування неврологічних і психічних захворювань». Провідні фахівці з Києва, Харкова, Вінниці, Львова, Тернополя, а також неврологи, психологи, наркологи з усієї України обговорювали складні аспекти ведення пацієнтів з різноманітною психоневрологічною патологією....

19.07.2021 Неврологія Пацієнт із болем у шиї в практиці сімейного лікаря, або Що таке комп’ютерна шия

Під час роботи науково-практичної фахової школи-семінару «Клінічні рекомендації в загальній практиці сімейного лікаря та терапевта», що відбулася 21 квітня, провідні українські спеціалісти представили слухачам сучасні клінічні протоколи та найактуальнішу доказову інформацію на різноманітну тематику. Доцент кафедри неврології № 1 Національного університету охорони здоров’я України ім. П. Л. Шупика (м. Київ), доктор медичних наук Тетяна Іванівна Насонова привернула увагу аудиторії до проблеми болю у шиї (БУШ)....